lavagra (lavagra) wrote,
lavagra
lavagra

Categories:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Продолжение...

                        Глоток чистой воды
                                   
Глава II
                                   
Крещение Байкалом

 

 Глава II
             Крещение Байкалом
Сразу же после Новосибирска температура в вагоне и вне него стала неуклонно падать вниз. Выходить на перрон в шортах и майке с тапочками становилось не только не комфортно, но и дико для окружающих, многие из которых уже были одеты в теплые зимние курки. Пришлось и нам начать доставать тёплые вещи, закрывать окна и кутаться в одеяла по ночам. Последние часы в поезде прошли в каком-то судорожно-дёрганном состоянии. Женька и Саня пытались сконцентрироваться, насколько это им позволяло количество пивно-водочной продукции в их ослабленных дальней дорогой организмах. Остальные ребята тоже заметно нервничали.

Тем не менее, высадились мы достаточно быстро и организованно, хотя общее количество рюкзаков и мешочков не только не уменьшилось за четыре дня переезда, но и, казалось, даже увеличилось. И (о счастье!) в Иркутске нас уже ждали. Не прошла даром моя долгая переписка по “аське”. Едва последний рюкзак слетел на перрон, к нам подошла молоденькая девушка.  Вы из Литвы? Автобус вас ждёт!“, - эти слова для меня прозвучали сладко, как мёд. Ведь именно я был ответственным за организацию внутренних переездов и планирования предстоящих маршрутов. И начало обнадёживало! 

Настоящей удачей стало и наше знакомство с водителем Славой. Мой тёзка помог сорганизовать нам все намеченные заранее перемещения по Байкалу, свёл с нужными людьми, ни разу не подвёл нас и, при этом не навязывал своего мнения, понимая с полуслова, что нам нужно. 

Поездка на остров Ольхон заняла около пяти часов. Наверное, стоит рассказать, почему было принято решение первым делом рвануть именно туда. Этот остров, расположенный в центральной части Байкала, достигает в длину 73 километров и делит озеро на собственно сам Байкал и на так называемое Малое Море – что-то вроде широкого неглубокого залива. С материковой частью остров соединяет пролив Ольхонские ворота, через который летом регулярно курсирует паром, ну а зимой прямо по льду машины и люди прокладывают трассу напрямик. Ольхон является частью Бурятской автономной области, центром которой  служит посёлок Еланцы. Столицей же самого Ольхона  является самый большой посёлок на острове - Хужир. Эти края овеяны множеством легенд и преданий, здесь находятся множество археологических памятников. Люди здесь жили уже 13 тысяч лет назад. По одной из легенд остров посещал сам Чингиз-хан. Недаром  буряты считают весь Ольхон целиком священным местом. В их вере удивительным образом переплелись шаманизм, буддизм и советский атеизм. Такое место нельзя было не посетить и все мы позже ни чуть не разочаровались в принятом заранее решении. 

Ну а наш автобусик тем временем бодро летел вперёд. За окнами иркутские безликие окраины сменились широкой и бескрайней усть-ордынской степью. Вдали уже начали виднеться отроги Прибайкальского хребта, как вдруг с неба повалил мокрый снег. Наша компания начала нервно переглядываться и сдавленно хихикать. Лишь уверенный в себе водитель Слава, не моргнув глазом, заметил: “Погода на Ольхоне может меняться по несколько раз в сутки”.  Почему-то это замечание никого особо не успокоило, но, как бы в подтверждение этих слов, из облаков неожиданно выглянуло солнце. Как бы желая подбодрить нас, Слава врубил свой DVD-проигрыватель, предварительно поинтересовавшись, как мы относимся к шансону. Возражающих не оказалось, а под блатные песни Новикова, “Лесоповала” и прочих братков-музыкантов общее настроение внезапно начало меняться в положительную сторону.  Суровый степной пейзаж, не балующий глаз разнообразием, внезапно сменился холмистой возвышенностью, впрочем, тоже практически лишённый какой-либо растительности выше пояса. Я залюбовался раскрывшейся внезапно картине – петляющая между высоких холмов и теряющаяся где-то вдали дорога, лежащие чуть ниже три солёных озера и гордо реющие над всем этим коршуны.

Ещё в степи, сразу за границей бурятской области мы остановились в небольшом поселке на обед. Здесь рядом  друг с другом расположились несколько закусочных, огороженных высокими новыми заборами.  Вся наша компания с огромным удовольствием отведала национальной бурятской кухни: огромных пельменей на манер мантов с местным экзотическим названием  - позы. Соответственно и заведение, готовящее их, в Бурятии называется “позная“. Не знаю, как в остальных подобных учреждений общепита, но с тем, куда мы попали, нам,  несомненно, повезло. Судя по меню на клочке бумаги, вариаций на тему поз здесь было невероятное количество – позы с майонезом, позы с кетчупом, позы с кетчупом и майонезом, а также полная и половина порции. Потрясённые подобным разнообразием, мы долго определялись с выбором блюда. Каждый смог подобрать что-либо в соответствии своему изысканному вкусу. Как бы не выглядели скептично мои комментарии, но сыты остались все. 

По мере приближения к вожделённому Байкалу дорога всё более ухудшалась. Хороший асфальт сменило продырявленное насквозь  решето старой дороги, которое чуть позже преобразилось в полную ухабов гравийку. 


Вдруг среди разломов скал и рваных туч блеснула широкая водная гладь. Байкал! Мы гурьбой вывалились из микрушки со смешанным чувством гордости за оставленный позади путь и легкого трепета перед лицом неопределённого будущего. Что нас ждало в этом суровом, но таком красивом краю?!? Внизу виднелся небольшой посёлок. Там вот-вот должен был отплыть паром на Ольхон. Слава, видя наше явное опоздание на него, позвонил куда надо и попросил потянуть с отплытием.  Вообще наш водитель был родом с Ольхона. Здесь погиб его отец, здесь же жила его мать. Сам Слава уже давно перебрался в Иркутск, но постоянно приезжал сюда то с туристами, то просто так – навестить родные пенаты. Не удивительно, что здесь его знала почти каждая собака. Мы с удивлением узнали, что у Славы через два дня свадьба. Что сказать - деловитый парень!

В общем-то, сложно описывать ту безудержную радость, охватившую нашу компанию подле парома. Мы, как дети, носились, словно угорелые, по пристани и берегу, полной грудью вдыхая холодный сибирский воздух и, не снимая ботинок, плескались в ледяной прибрежной воде. Ни суровый пустынный пейзаж, ни пронзительный ветер, ни загаженные  туалеты, ни редкие удивлённые попутчики не могли унять нашего счастья первой встречи с Байкалом. 

Через полчаса после переправы на пароме
Дорожник” мы очутились наконец-то в Хужире. Вечерело, ветер крепчал, погода потихоньку портилась. Всё же почти единогласно было решено разбить палаточный лагерь за посёлком подле Малого Моря. Как мы потом жалели об этом решении! Я попросил Славу завести нас туда, где обычно ставят палатки приезжие туристы. Он выехал за территорию Хужира и остановился возле неширокого поля. Дальше его микроавтобус проехать не мог. Нашей компании впервые пришлось взвалить на себя такие страшные для многих из нас рюкзаки, взять в руки огромное количество мешочков со всякой всячиной и пройтись пару сотен метров до видневшегося невдалеке леска. Здесь мы разбили наш первый и, наверное, самый непутёвый лагерь.

 Действительно, хуже места для стоянки группы в 12 человек трудно было себе представить. Многообещающий издали  лесок оказался практически полностью вырубленным многочисленными туристами, гостившими здесь до нас.  Найти дрова на покрытой пнями и многочисленным мусором территории составило большого труда. Выручили шишки, которых здесь ещё пока хватало. До озера и, соответственно, до запасов воды надо было идти добрых метров 500. В этом редком лесочке не было возможности укрыться ни для естественных нужд, ни от, всё более усиливающегося, холодного, пронизывающего до костей ветра. Теперь я с уверенностью могу заявить – если вам доведётся побывать на Ольхоне, постарайтесь избежать стоянки  в этом, напоминающим свалку, гиблом месте! Но на тот момент нам не казалось всё таким уж плохим. Кое-как мы поставили палатки, разожгли костёр, из оставленного кем-то полиэтилена соорудили навесы от ветра. Вместе с Керой и Гядасом я пошёл к берегу озера за питьевой водой. По пути, обойдя несколько грязных луж и песчаных дюн, мы вышли к Байкалу. Ветер поднял не шуточные волны, которые вполне можно было бы сравнить с морскими. Пришлось воспользоваться рыбацкой лодкой, лежащей в нескольких метрах от берега. Подтянув её край к самой кромке воды, нам удалось, почти не замочив свою одежду, набрать весь необходимый к ужину запас воды. После чего мы постарались вернуть лодку на прежнее место. Лишь на другой день мы узнали, что за нами в это время пристально наблюдали из видневшегося на пригорке посёлка.

Первый ужин на острове прошёл почти весело. Настроение портили лишь завывания ветра, расстраивающаяся гитара и собачий холод, который ни как нельзя было унять остатками некогда обильных запасов белорусской водки. В ход пошли даже литовские бренди и настойки. Скорее всего, именно хмель и помог мне забыться тяжёлым сном в эту ночь, которые многие из нас не забудут всю свою оставшуюся жизнь. Очень красочно описал впечатления от этого ночлега Женька. Не могу не передать его слова: “Первая ночь, шторм, мокро, разрывающий палатку ветер, твердый острый снег крупинками бивший в лицо мелким градом, частичная потеря ориентации в темноте на новом месте. Озноб начался практически сразу. Мёрзлая дрожь била по всему телу, не обращая внимания на одетые две майки с коротким рукавом, теплую зимнюю тельняшку, летнюю рубашка, шерстяной свитер, куртку-ветровку и наглухо застегнутый руками в перчатках спальный мешок. Так в перчатках и пытался уснуть, стуча зубами и мыслями - куда я ехал, что я забыл здесь, какого черта и лишь бы выжить, лишь бы суметь вернуться домой здоровым и живым...”

          
Я то же не раз просыпался в эту ночь, стараясь подтянуть под себя коченеющие ноги, натягивал на лицо свитер с капюшоном от куртки, оставляя снаружи лишь нос, который тоже постоянно отмерзал. Казалось, этот ветер сквозил даже у меня во внутренностях.

           Более не желая обманывать самого себя в своей дрёме, я выполз из палатки в  утреннем полумраке. Костёр безнадёжно потух, а мысли в моей промёрзшей голове застыли в виде вопроса: “Как бы согреться?” Единственной правильным решением в тот момент мне показалось идти побыстрей в Хужир.  Я нуждался не только в горячем чае, но и в перчатках с тёплой шапкой. Все мои товарищи не подавали никаких признаков жизни, кроме храпа в различных вариациях.

           
Как только я поднялся на пригорок, произошло чудо. Из-за гор и облаков в небе выглянуло солнце. В его лучах и от быстрой ходьбы тело моё начало согреваться. Внезапно  я поменял своё решение идти в посёлок. Мне самому трудно сказать почему, но я развернулся и пошёл в сторону Малого Моря. Откуда в моей очумелой от ветра и холода голове появилась идея посетить именно сейчас скалу Шаманку сказать трудно. Ведь Шаманка или мыс Бурхан – это самое знаменитое и необыкновенное место на Ольхоне. Ещё при подготовке к нашему путешествию я многое читал и про проводившиеся на ней таинственные культовые жертвоприношения, и про хозяина острова Угутэ-нойону, который по легендам обитает в пещере мыса, и о суеверном страхе коренных местных жителей к этому месту.  Так что за сила потянула меня замёрзшего и не выспавшегося к этой скале так внезапно? Мистика! А чем объяснить тот факт, что по дороге туда я подобрал и всунул в футляр фотоаппарата перо чайки, которое чуть позже весьма пригодилось мне? Да и вообще, зачем я пошёл туда один, не разбудив ни кого из своих товарищей? Напрашивается ответ, а ля, “да ты парень просто больной на голову”, но сам я, конечно, иного мнения. 

Поднявшись вдоль небольшого оврага на пригорок, я увидел большой плакат на железной основе, из которой следовало, что мыс Бурхан - святое место и простым смертным вход на скалу строго запрещён. Как сами понимаете, меня это не остановило. 

Ещё несколько шагов и передо мной открылся вид сказочно красивой скалы состоящей из двух остроконечных белокаменных вершин поросших ядовито красными лишайниками, соединенных с Ольхоном узким перешейком. Я знал, что где-то там скрыта пещера и решил, несмотря на лёгкую дрожь в коленях, непременно найти её. На пути к скале я увидел несколько деревьев, сплошь покрытых многочисленными разноцветными полосками материй. С каждым шагом приближающим меня к Шаманке увеличивал во мне какой-то внутренний трепет. На душе стало очень не уютно, и я решил задобрить местных духов, вывернув все свои карманы. Мелкие деньги и спички ушли в воду, а я продолжил путь уже более уверенным шагом. С близи оказалось, что скалы полностью исчерчены множеством самых разных надписей и рисунков. Среди прочего я увидел даже свастику и иероглифы. И вот, оказавшись на перемычке между двух пиков, я увидел тропинку, ведущую вниз и исчезающую в небольшом черном отверстии с внешней стороны скалы. Легендарная пещера было передо мной. 

Пока не совсем понимая, что происходит, я  очутился внутри продолговатой узкой внутренней полости пещеры. На камнях вдоль стенок лежало множество всякой всячины, начиная от сигарет и кончая крупными денежными купюрами. И тут до меня дошло, что я просто обязан тоже что-то здесь оставить, какой-то дар, а то иначе.… Но, как назло, все, что у меня было, я уже вывалил на перешейке. Всё, кроме своего фотоаппарата.  И тут-то я вспомнил про недавно подобранное белоснежное перо. Лучшего подношения главному духу Ольхона белоголовому орлу трудно было придумать. Лишь только перо было опущено рядом с прочими подношениями, я внезапно заметил в дальнем углу пещеры темный проём. Ведомый какой-то странной силой я всунул в него свою голову. Какого же было моё удивление, когда где-то высоко вверху я увидел узкую полоску синего неба.  Уже чуть позже я вспомнил про легенду о том, что раньше шаманы часто пользовались сквозной пещерой во время своих обрядов, то неожиданно исчезая на глазах изумлённой толпы, то, появляясь с противоположной стороны скалы. Но какая же это легенда, если я сам убедился в наличии этого сквозного прохода. Так возможно и легенда о захоронении на Шаманке самого Чингиз-хана не такой уж вымысел.

Назад я летел окрылённый этим незабываемым приключением. Почему-то мне казалось, что я всё сделал как надо и остров не считает нас более непрошенными гостями.

Эта ночь и утро стали своеобразным ипытанием, крещением нашей компании Байкалом. И хотя многие из нас встали больными и измученными, мы не повернули назад, не сдались непогоде и своим слабостям. Наше путешествие по Байкалу только начиналось.

Продолжение следует...
Tags: Байкал, Россия
Subscribe
promo lavagra december 30, 2015 09:04 106
Buy for 40 tokens
Сплетни, ложное бахвальство, грязная политика, еда или сексуальные проблемы – судя по топ-записям в Живом Журнале именно это больше всего волнует его читателей. Крым, Путин, курс рубля, нищеброт или Обама – вывели даже секретные кодированные слова в заголовках, которые помогаю собирать высокие…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments